Название книги - не вызов тем, у кого сам факт существования военнопленных вызывает негативное отношение.
Непафосной и непарадной назвал очередную книгу «Запрещенные солдаты» один из ее авторов — историк и публицист Александр Петрушин. Потому что тема такая — горькая, больная. Название книги — не вызов тем, у кого сам факт существования военнопленных вызывает негативное отношение. «Запрещенные солдаты» — констатация факта, констатация правды самого их существования. В пятом томе, как и в предыдущих, рассказывается о тех, кто уже не придет с войны никогда. В книге публикуются даты пленения и гибели советских людей, воспоминания родственников и рассказы о том, как шел поиск у самих авторов — Александра Петрушина и Рафаэля Гольдберга. Ни в одном регионе нет такого издания. Только в Тюмени. Труд авторов издания отмечен Министерством обороны России. На минувшем фестивале прессы в Тобольске Рафаэлю Гольдбергу и Александру Петрушину были вручены медали «За заслуги в увековечивании памяти погибших защитников Отечества».Накануне скорбной даты — 70-летия с начала Великой Отечественной войны — в тюменском литературно-краеведческом центре прошла презентация пятого тома «Запрещенных солдат». Этот проект, отметил Петрушин, — дань уважения мужеству и частица памяти большого горя нашего народа. Кроме того, авторы ставили перед собой конкретную задачу — максимально полно уточнить вклад нашего региона в победу в Великой Отечественной войне. Мобилизационные ресурсы той части Омской области, из которой в августе 1944 года возникла Тюменская область, были относительно невелики. Общая численность населения здесь к началу войны едва превышала 800 тысяч. Высланные на Север «кулаки» считались неблагонадежными и до 1942 года не призывались. Тюмень, Югра и Ямал отправили на фронт до 250 тысяч человек. Почти половина из них не вернулись. Первыми читателями книги стали библиотекари Тюмени и Тюменской области, родственники погибших и пропавших без вести в годы войны солдат и офицеров, представители городской и областной власти, журналисты и краеведы. Рафаэль Гольдберг считает, что пятый том — где-то посередине. И говорит, что работа над шестым уже началась. Отмечает, что вышедшая книга не похожа на предыдущие, так как в ней много деталей и много находок. И чем дальше продвигаются авторы издания, тем больше появляется новых деталей и уточнений. Каждая книга о «запрещенных солдатах» — документальная, выявленные ошибки исправляются в следующем томе. Ошибки неизбежны: в трофейных карточках нередко записывались неполные фамилии солдат, а вместо национальности «ханты» ставилось «мусульманин» или вместо «остяк» — «осетин». Какие-то данные повреждены, стерты, надорваны и не подлежат восстановлению. Засекреченные сведения трофейных карточек, которые были собраны и вывезены из Германии после войны, публикуются в нашей стране впервые. Что случилось на начальном этапе войны, когда всего за полгода во вражеском плену оказалось более трех миллионов советских солдат? Кто смалодушничал, а кому просто не повезло? Документы, конечно, говорят сами за себя, но даже они не всегда говорят все, как было. Многое зависит, например, от того, какой следователь сидел перед человеком, хотел ли он докопаться до истины, или ему просто надо было быстро заполнить фильтрационный документ. Как отметил Александр Петрушин, в 1948—1949 годах работники военкоматов сделали подворный обход, опросили каждую семью — сколько человек и кто ушел на фронт, кто вернулся, а кто нет. Но данные этого архивного фонда пока не открыты. Читателям предлагается обратить внимание на детали, которые можно заметить в этих скупых сообщениях о военнопленных: сколько человек бежало из плена, если несколько, то каждого опрашивали о каждом, если в одиночку пробивался к своим — все было сложнее для него. Не всем известно, что более миллиона солдат было призвано вторично, после того, как они воевали — попали в плен — бежали — прошли фильтрацию. Областной военком Александр Моторин отметил на презентации, что помимо того, что открывается страница из прошлого о наших земляках, его впечатлили многие представленные документы. Что касается послевоенного подворного обхода сотрудниками военкоматов, то ему пока не удалось найти никаких сведений. Непафосная и непарадная пятая книга «Запрещенных солдат». Но ведь и предыдущие тома тоже не были пафосными и парадными. Тема все та же — горькая и больная. Как память. И как сама правда.
